О нас

Каждую пятницу песенная община «Камышинка» собирается за большим круглым столом (и за чаем) петь песни, сцепляться иногда разговорами (уноситься в странные темы), а ещё тянуть унисон, делать бесконечное по всем параметрам упражнение «уаааа» — выстраивать внутри себя звучание.

Иногда за столом оказываются новички. Кто-то из них вливается со временем в круг, кто-то забегает периодически, а кто-то может даже больше не возвращается. Но компания за столом всегда очень живая, размеренная, как будто чуточку оторванная из контекста кипучей Москвы.

Я познакомилась с Камышинкой и руководителем Андреем Сергеевичем Кабановым год назад на семинаре в Кумылге (тогда он был совместный с семинаром ансамбля «Измайловская слобода» под руководством Жанны Кабановой, где я на тот момент занималсь два с половиной года). И тогда после Кумылги я набралась смелости придти первый раз на встречу в пятницу, потому что за семинар успела понять, что это именно тот круг, в котором песня нужна не для выступлений, а для жизни и быта. Чтобы петь везде и всегда. Не для того, чтобы выучить песню идеально и блистать с ней (что тоже прекрасно, но мне не близко), а для того, чтобы песня прорастала медленно со временем, чтобы быть внимательным к ней, чтобы давать ей жить своей жизнью и крепнуть. Для жизни, любви и счастья. То есть ровно то, оказывается, чего я искала.

Камышинка — это те люди, которые то поют запоем песню за песней, то рассуждают и шутят. Те, кто уносится спорами, а потом, как будто спохватившись, пытается напеться, пока не пробьёт заключительные 11 вечера. И те, кто не может напеться, поэтому поют при встрече до полуночи, а то и дольше. Те, кто встречается попеть в парках на много-много часов. Камышинка — поющие всегда, везде и в любой ситуации. Центр или глава (голова) этой разношерстной, но объединённой любовью к фольклору компании — Кабанов Андрей Сергеевич — фольклорист, Учитель («человек и пароход»).

За год я успела крепко полюбить вот это всё — желание упеться до упаду, упражнения, неспешные разговоры за чаем. Если мне не удаётся придти в пятницу на спевку, я начинаю очень скучать, потому что не успела набрать на неделю запаса вот этого всего. Потому что теперь я понимаю, что очень долгие упражнения всем кругом — это не только возможность выстроить свой звук для хорошего пения, но и микроподстройка организма (что в итоге про хорошее самочувствие). Время разговоров и чая с пирогом — это те кухонные споры, которых частенько не хватает в рутине города (то есть про отдых и общение с друзьями). И в это время можно рисовать или шить что-нибудь на руках (и время набирает дополнительный цвет и яркость).

Пение в таком широком кругу — это возможность учиться у соседей, искать своё место в кругу и песне, слышать как одна и та же песня по-разному раскрывается в разных составах. Меткие шутки Андрея Сергеевича и круга нужны для того, чтобы легко и непринуждённо узнать о своих недостатках. Осознать их уже после и расти, преодолевая это — с любовью и поддержкой всего круга. А ещё потрясающе слушать о фольклоре, рассуждать о нём, учиться у него. Дискутировать, искать. Не романтизировать традиционную культуру, но видеть в ней мудрость и красоту. Запечатывать всё это в пропетых песнях и уносить со всем теплом домой.

Почему в Кумылге было счастье. Потому что вот этого всего было не один вечер в пятницу, а несколько дней подряд. Два раза в день занятия по многу часов упражнений, пения и слушания этнографических записей в этом тёплом кругу. Потому что завтрак, обед и ужин широкой компанией. Потому что каждое утро я просыпалась в спальнике посреди двора, а засыпала ночью под звёздами. И частенько пение ещё доносилось из кухни Кошав-горы, но сил (и голоса) быть там уже не было. Потому что чета Фирсовых, с которыми хочется быть рядом подольше. Поучиться, послушать их пение или просто рассказы Елены Викторовны и Юрия Ивановича. Или даже просто посидеть рядышком, неподалёку — налюбоваться, насмотреться спокойствием, любовью и статностью, которые в них. Потому что концерт в доме культуры хутора Сарычи, а накануне занятие с Надеждой Ульяновной, а ещё песни «Вздыхи» и «Нежная горлинка», от которых сердце вон. Потому что там сосны, песок, поля и солнце. Четырёхскатные кровли, а из-под шифера торчит старое покрытие крыши (не то солома, не то камыш). То тут, то там воркуют горлинки, а стены таких цветов, что просто живопись.

 


Текст и рисунки Дарьи Свистовой

Заглавный рисунок — Михаил Чилахсаев

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s